| *** |
1.
Когда-то у одной из дорог ведущих от Великой Столицы, Пресветлого Ажелона, а именно у суровой Белой Дороги Севера, встретились двое. Мальчик и девочка.
Случайно ли?… То ведомо только Создателям. Выпала ли на их божественном сукне Карта Случая, аль легла какая другая, ни автор, ни читатель уже не узнают… Да и зачем нам…
А вот проследить за отрезками Судьбы, Выбора и Пути встретившихся… Почему бы и нет…
***
Мальчишку звали Кунт.
Вырос он на окраинах речного, ещё старого города Вал-Болла, позже ставшего районом Задочьем Лазоревого Леля, среди пропахших рыбой, паклей, коноплёй и перегаром, бараков и хибар докеров, контрабандистов, таможенников и матросов, само собой в близости орочьего гетто.
Отца своего, хмурового паромщика, с левого берега Тизы, видел лишь дважды; в малолетстве Кунта, папаша, как-то вспомнил о наличие сынка и расщедрился на подарок — костюмчик из надо отдать должное, почти несносимой лагерийской ткани — на два года одежки хватило, пока локти и коленки не заголились.
Вторично же отец и сын повстречались, уже на морской трудовой бирже, где взаимно и сделали вид что знать друг друга не знают. Хотя вполне может быть, что и от плохого настроения обоих получилось — не нашлось работы в хиреющем порту, ни старому, ни малому — какой уж тут родственный разговор…
Чувства и признательность к матери, блеклой, уставшей женщине, у Кунта казались более длительными… Он рано, не по-детски понял, что хоть особой радости, тем что произвела его на свет, мать ни себе, ни ему не доставила, но и больших обид, по мере роста, ему ведь не причинила — худо-бедно кормила, поила, шлепков и затрещин более положенного на него не тратила — что называется и на этом, спасибо…
И коли чего у него в дальнейшем сложится, после того как минует он заставу надоевшего города, и поведёт его дорога мимо полей и ферм, так и вспомнит он о матери, не забудет. Главное чтоб сложилось…
***
А девочку звали Лива-Лана.
Она, как принято говорить, «была из хорошей семьи» а, говоря проще, у неё она действительно имелась — с шумными днями рождения и крестин, поцелуями на ночь, с пропахшими табаком объятиями отца и тёплой лаской матери…
***
Пока не случился ДЕНЬ…
Девочка Лива-Лана была из хорошей семьи. Но только из семьи пришлых и полукровок.
***
… Кодла заполнила улицу.
Зазвенели выбиваемые стёкла и затрещали выламываемые двери.
Заголосили женщины и дети, захрипели в отчаянном и обречённом сопротивлении, избиваемые мужчины — упрямцы с не вытравленным достоинством, немногие из многих, но за кодлой — численный перевес, Святая Вера и долг перед нацией, а за непокорными — лишь очаг и плачь…
И улица сдалась. И покорилась. Как до и после, сдались и покорились другие улицы, кварталы… и целый город Вал-Болл …
Ибо город платил положенную дань кодле…. За чистоту Святой Веры и нации. За безтревожность от пугающего морока «скверной крови».
***
После ДНЯ, родители Ливы-Ланы дали ей то, что могли дать и велели, чтоб она уходила… — может ей повезёт найти другой город, получше. Родители сами верили в это слабо, глаза провожали дочку навсегда — они сами искали полжизни и не нашли, а до них и их родители, и родители их родителей — но может вдруг не там, и не так… Вдруг.
Ибо без надежды утрачивается смысл. Так говорили предки. И написано в талмуде Завета. Который нельзя читать вслух и другим.
И Лива-Лана тихо поплакала, прощаясь с комнатой и детством, закинула за плечо котомку и ушла.
Ведь она из хорошей семьи, а значит, воспитана слушаться и почитать старших.
2.
Они встретились на мосту через холодную реку Хасс.
Кунт увидел как потный, неопрятный жандарм при переправе цепко трясёт за плечо хрупкую девочку.
И жандарма это веселило.
А у девочки бледное лицо и упрямо поджаты губы…
Кунт подошёл ближе.
Нельзя сказать, что он сам не робел перед Законом и Порядком. Но всё-таки он вырос в порту, где Власть хоть и тоже владела и диктовала, но лишь белым днём и при просторе, позволяющем одетым в мундиры держаться плотно и не оставаться по одному. В закутках же, а тем более в темноте, с алебардами и пиками, супротив финок не шибко развернёшься.
- Ты не поняла меня, остроухое отродье?! Повторяю ДЛЯ ВАС пошлина тройная!!!
- Но у меня нет таких денег. Только остаток от того, что уже заплатила…
- А если нет, тогда и прохода ТЕБЕ нет. А уплаченное возврату не подлежит. Согласно Уложению… Впрочем… у любых правил случаются исключения… как пишут крючкотворы, «по взаимной договорённости»… ты ведь взрослая.
И Кунт почуял, что вот сейчас эта хрупкая девочка… жандарму… даже и без финки.
- Нашёл!, ядреный плод! – он ловко втиснулся между, отгородил, и зацепил зрачком её взгляд: Обыскался я тебя… Туг-Кабулл просил напомнить тебе о нужных ему травах… особо о корне Ях…
- Эй, малец! Тпруу… Что за дела?… Не видишь тут служебный разговор!
- Извиняйте, капрал! – ефрейтор милостиво-снисходительно подхрюкнул: – еле успел я… Сами прикиньте — кто ж не знает злопамятного норова Чёрного Кабулла… не выполнишь порученное… а и того хуже навредишь…
- Не части. Ишь… А эта ему кто? – от знакомого неприятного упоминания городского Вуду и встрявшего Кунта, жандарму пришлось разжать прихват…
- Да меньшая дочка… подружки-полюбовницы.
Жандарм нахмурился.
- Инки Тьмы, что ли?
- Не… - Кунт прибавил интонации, взрослой хрипатой мужской солидарности:… Инка же чернявая, как… воронья масть. Спору нет, хороша, но у ней, промеж ног и брюхо, только на пацанов… заточены.
Ефрейтор подхрюкнул вторично. И поскрёб пониже ременной бляхи.
- … А эта – от пришлой, Листы Вольной… Никак Кабулл из них обеих не выберет… Но ему по орочьему обычаю не возбраняется… Одно слово — неверцы! – служивого покривило - Дозвольте я ей поручение передам?… А то, сами знаете, Вуду на непредусмотренные помехи… нашлёт потом какую заразу липкую…
Жандарм с плохо удавшимся занятым видом, отодвинулся шагов на пять к перилам, достал из кармана грязный отрез и поплевав стал оттирать ладонь.
Девчонка глядела на Кунта немо вздёрнув длинные брови. Но дождалась пояснительного шёпота.
- Не таращись так… А то не проскочим… а нам теперь в обратку не отыграть…
- Нам?
- Мне тоже на ту сторону.
- Но ты…?
- Потом, потом… Бумага какая с собой есть? Доставай и калякай чего… как будто записываешь, что говорю. Лучше не понашенски — умеешь?
- По древнему атланскому сгодится?
- Вполне.
- Только я там в падежах плохо…
- Да по фигу… – обернулся коротко на бляху и подмигнул, дескать, обождите, сами посудите, какая бестолковая у меня тюха-собеседница – Он думаешь лучше? шустрее давай… Не короток миг, действительно кто с Чёрного Двора нарисуется…
К первому городовому подошёл второй, пониже и пошустрее… Вопросительно кивнул на отрез. Дети мешали размеренному проходу людей и подвод. Первый буркнул и видимо ругнулся… Второй соглашаясь с бурчанием, протянул дубинку и подтолкнул Кунта в спину…
- На тот берег двигайте…
- Так у господина капрала, вопрос же какой… служебный к…
- Оглох?…Говорю, переваливайте… От вас, смутных надышишься, натрогаешься… и до… никаких лычек не доживёшь…
3.
Через пять лет они вновь стояли у той же переправы.
Портовый город Вал-Болл ещё не проснулся…
- Ты не передумал?
- Ещё чего. По-другому с ними нельзя. Только боль за боль, удар на удар…
- И кровь за кровь…
- Да. И кровь за кровь.
Лива-Лана прижалась к его раздавшейся, тренированной стати.
- Я не хочу тебя потерять.
Кунт взъерошил ей волосы и поцеловал в укрытое, остренькое ушко:
- Обойдётся. У нас крепкая банда… почти армия… А они прогнили и зажрались…
- И крови я не хочу… Талмуд наказывает терпеть и искать…
- Выкинь эту вредную книгу. И потом…. Разве ты не нашла?
- Нашла. Наверное. - И Лива-Лана отозвалась на поцелуй: Но Книгу я помню навсегда. Это Завет, а не память…
- Не будь букой. И… просто жди. А мы к вечеру вспучим и перевернём проклятый родной городишко… С нами даже Кабулл и его Чёрный Двор.
- Чёрный не лучший цвет…
- Не хуже, чем красный… - И Кунт ухмыльнулся так, что у Ливы-Ланы похолодело под левой грудью: … И уже, однажды выручивший.
Он принимал решения на раз. И без отыгрыша. Зачем говорить и возражать лишнее…
- Значит, иди. И победи. Ради…
- Ради.
***
Виселицы ровно уместились по периметру площади.
Под разутыми, холёнными пятками с потёками мочи развели Костры Ликования И Освобождения.
Её родители вытерпели Свадьбу.
Где шафером был Вуду.
Только отец опьянел быстро…
4.
- … Как можно подписать ТАКОЙ указ?!
- И что собственно тебе в нём не нравится?!
- Всё!!!… «… касается каждого рождённого знатно…» Разве ДЛЯ ТЕБЯ ни на что не похоже?!!!…
- Именно! На вот это!!! – Он сбросил шелка и атлас, оголив рубцы и выжиги. В прыжок подскочил и сдёрнул, сорвал ткань с её плеч и потянул в отрыв ниже:… И это!!!… Забыла?!!!… И можно и нужно простить?!!!
Она прикрыла наготу..
- Я простила.
- А я нет! И не прощу.
Вдруг она поняла, что у него истерика. Ещё чуть и заплачет… Он! Кунт Победитель, Кунт Низвергатель…
А после… Выскочит из зала и дворца на мраморное крыльцо, свистнет… Чёрным посвистом…взлетит в седло… И…
«Не хуже, чем красный…»
- Успокойся, милый… Ну, что ты?… Война и месть закончились…
- А жаль.
Вокруг и около вжавшегося в её колени дорогого лица растекается, заливает, поднимается алым, узор роскошного пола…
«Не хуже…»
Вуду она в покои не позволила...
Преданные сробели, но приказ выполнили.
Её приказ.
5.
… и случился ДЕНЬ…
Правительница Лива-Лана была из семьи пришлых и полукровок.
… Кодла заполнила улицы.
6.
- Ты знаешь, о чём здесь написано?
- Знаю. Но тебе, да и мне не понять, Повелитель…
- Повелитель?!…
Вуду только кивнул.
- … Почему?
Вуду задумчиво наполнил до краёв служившие чашами черепа Инки Тьмы и Листы Вольной… Тёмные капли расплылись по ветхому переплёту.
- Выпьешь? Повелитель…
Бывший Низвергатель и бывший мальчик из портового города Ван-Болла, покатали на языке титул.
- … Да. Выпью.
И лишь уполовинив, услышал…
- Если черное и белое, даже равно, залить красным…
***
Когда-то у одной из дорог ведущих от Великой Столицы, Пресветлого Ажелона, а именно у суровой Белой Дороги Севера, встретились двое. Мальчик и девочка.
Случайно ли?…
(zestanoyjoker) 1 февраля 2005 года |
| --- |
|
|